?

Log in

No account? Create an account
Груфти

gruftie


Свободный Ганзей


Previous Entry Share Flag Next Entry
История одной песни
Груфти
gruftie
Жил да был интеллигентный каталонский мальчик по имени Люис. Люис Ляк, сын врача и учительницы. Или нет, даже не так. Жил да был пожилой каталонский парикмахер. Звали его Нарсис Лянза, а для своих - просто дед Сизет. Жил он в старинном каталонском городке Безалу. Так его называли каталонцы. Кастильцы и прочие чужаки название коверкали и говорили "Бесалу", что каталонцев немного раздражало. Нарсис Лянза человек был серьезный и во времена Второй Республики даже входил в местный горсовет, пока не пришли солдаты Франко и не разогнали все местное самоуправление в целях укрепления вертикали власти. Нарсис ушел из политики, тем более, что при Франко честному человеку делать в ней было нечего, и засел в своей парикмахерской. Иногда он навещал свою дочь, жившую неподалеку деревушке Вержес. Там-то он и подружился с соседским мальчиком Люисом. Люис и дед Сизет любили вместе рыбачить на речке Тер и часами говорили, что называется, за жизнь. В отличие от басков, каталонцы вряд ли родственны грузинам или еще каким-нибудь кавказцам и поэтому не будем углбуляться в спекуляции на тему связи каталонского Тер с кавказским Тереком, но и с уверенностью отрицать этой связи, пожалуй тоже не станем, ибо все в этой жизни может быть. За разговорами дед Сизет рассказывал юному Люису массу интересного. Оказалось, Франко вовсе не осчастливил Каталонию стабильностю и процветанием, как рассказывали Люису в школе, а совсем наоборот, запретил изучать каталонский язык, зачем-то забирал мужчин в армию, а власть сосредоточил в руках бюрократической верхушки - в общем, доставлял людям кучу неприятностей и погрузил Испанию в гнилой застой. Дед Сизет был полон решимости бороться за свободу. Его рассказы произвели настолько яркое впечатление на Люиса, что тот, когда слегка подрос и начал писать песни, одну из них он посвятил деду Сизету. В песне дед Сизет настаивал на том, что старый гнилой кол, на который намотаны наши цепи, надо обязательно всеобщими усилиями вырвать из земли. А то - как кость в горле. Кол по-каталонски будет "л'естака", что звучит почти как "л'естат" - государство. Песня каталонцам, да и вообще всем испанцам страшно понравилась и она стала своего рода гимном борцов против диктатуры Франко. Это был 1968 год. Америка и Европа бурлили, а Испания - ни ухом, ни рылом. Люису Ляку и другим каталонским бардам запретили выступать. Ему пришлось эмигрировать во Францию. Лишь в 1975 году, после смерти Франко, Люис Ляк снова смог выступать на Родине. Вот запись одного из первых его тогдашних выступлений. Поет он здесь свою знаменитую Л'естаку - песню про деда Сисета и про то, что кол надо таки вырвать.




А в это время в Варшаве жил, да был интеллигентный польский мальчик по имени Яцек. Яцек Качмарский. Родители Яцека были художники. У их друга-режиссера Ежи Гофмана часто собиралась столичная богема, но родители Яцека были людьми скорее домашними и на тусовки ходили нечасто. Однажды Ежи Гофман все-таки упросил их прийти в гости и обязательно с сыном, пообещав их познакомить с каким-то русским артистом, который к тому же еще и поет. Русский дествительно пел, и как! Все слушали, затаив дыхание. Хриплый голос русского так запал в душу семнадцатилетнему Яцеку, что он решил тоже начать петь песни под гитару. Особенно ему запомнилась песня про волков: "Идет охота на волков, идет охотааа! На серых хищников, матерых и щенков...". Освоив гитару, Яцек решил первым делом перевести песню русского артиста на польский. Перевел довольно вольно, песня получилась в общем-то другая, но тоже хорошая. Хорошая настолько, что на фестивале студенческой песни в Кракове Яцеку вручили за неё приз. Ну и вы послушайте.



Яцек становился все более известным Его песни, подобно песням его русского кумира, переписывали с пленки на пленку и пели на кухнях под гитару. Для поляков они стали таким же глотком свободы, каким для нас были песни Высоцкого, а для испанцев - песни Люиса Ляка. Ляк оказался Кочмарскому не менее близок, чем Высоцкий. К самой известной песне Ляка - "Л'естакa" Качмарский тоже сочинил польский текст.



Когда в 1980 году в Польше набрало обороты демократическое движение с "Солидарностью" во главе, гимном движения стала именно эта песня. Если кто помнит, дело тогда кончилось тем, что Ярузельский ввел военное положение и, что называется, закрутил гайки. Качмарскому запретили выступать и он эмигрировал. Вернулся десять лет спустя, когда в СССР началась Перестройка, а в Польше - пал коммунистический режим.

Судя по всему, московский мальчик Кирилл тоже рос довольно интеллигентным. Папа - хоть и азартный игрок и герой других странных историй, но все-таки известный журналист. Кто мама - интернет молчит, ну да не важно. Да и сам Кирилл Медведев, о существовании которого я узнал буквально сегодня, как и о существовании предыдущих героев этого поста, судя по интернетным данным, человек преде всего интеллектуальной деятельности: издатель, переводчик, певец, марксист. Tам скорее демократический вариант марксизма, так что если не политическая симпатия, то хоть какой-то общий знаменатель имеется. А спетая Кириллом Медведевым в автозаке песня Люиса Ляка и Яцека Качмаровского оставить меня равнодушным не могла. Думаю, будь мне лет семнадцать, меня бы это тоже на что-то музыкальное вдохновило. И если бы он пел эту песню не на моем языке, я бы её безусловно на него перевел. Так что, марксизм марксизмом, а я таки снимаю перед тобой шляпу, Кирилл!



UPD: Вот здесь - близкий к оригиналу перевод текста Яцека Качмарского: http://www.novpol.ru/index.php?id=226
А вот полная версия перевода Кирилла Медведева, ориентированного, похоже, скорее на Ляка:



  • 1
Последний ролик уже сегодня увидел, и даже выяснил, что за песня. Но вот за такой подробный просветительский пост - большое спасибо.

На здоровье! Очень уж меня зацепила песенка как-то.
Вот тут, кстати, перевод текста Качмарского. Стоит прочесть:
http://www.novpol.ru/index.php?id=226

Какие прекрасные лица. Даже захотелось попасть в этот автозак :) Помнится кто-то из диссидентов проведший молодость в сталинских лагерях сказал, что именно благодаря лагерной молодости познакомился с великим множеством прекраснейших, интеллигентнейших людей, узнать концентрация которых в местах не столь отдаленных была значительно выше чем в "нормальной" жизни.
п.с. и вспомнился иранский вариант бела чао

Да, лица светлые. И Кирилл Медведев даже внешне похож на Люиса Ляка.
Вот тут, кстати, перевод текста Качмарского. Стоит прочесть:
http://www.novpol.ru/index.php?id=226

Сюда поскидываю другие переводы Высоцкого, сделанные Качмарским:







По просьбе польской приятельницы записал текст перевода Медведева:

Однажды дед говорил мне,
Когда светало в дали,
Мы с ним у дверей стояли,
И телеги мимо ползли:
Видишь ли эти стены?
За ними мы все живем,
И если их не разрушим,
То заживо здесь сгнием.

Припев:
Давай разрушим эту тюрьму,
Здесь этих стен стоять не должно,
Так пусть они рухнут, рухнут, рухнут,
Обетшавшие давно.
И если ты надавишь плечом,
И если мы надавим вдвоём,
То стены рухнут, рухнут, рухнут,
И свободно мы вздохнём.

Руки мои в морщинах,
С тех пор прошло много лет,
И сил все меньше и меньше,
А стенам износу нет.
Я знаю, они гнилые,
Но сложно их одолеть,
Когда не хватает силы,
Я прошу тебя спеть:

Припев

Деда давно не слышно,
Злой ветер его унёс,
Но мы с ним стоим всё там же
Под тот же грохот колёс,
И когда кто-то проходит мимо,
Я стараюсь погромче петь,
Песню, которую спел он
Прежде, чем умереть:

Припев

Edited at 2012-04-23 12:12 am (UTC)

Перевод Медведева ориентирован на Люиса Ляка. А вот перевод текста Качмарского. Совсем другая, в общем-то песня.

Перевод Андрея Базилевского


СТЕНЫ

Он пел вдохновенно, он молод был,
А их там было — не счесть.
От песни у них прибывало сил,
Он пел, что свет где-то есть.
Они тысячи свеч зажгли ему,
Над их головами — дым.
Он пел: айда, разрушим тюрьму...
Они пели вместе с ним.

Зубы решёток вырви у стен!
Клетки ломай, оковы рви!
Пусть стены рухнут, рухнут, рухнут,
Похоронят старый мир!

Скоро ту песню каждый знал,
Мелодия, даже без слов,
Была им как свет, была как дурман
Для их сердец и голов.
И пели они, и хлопали в такт,
Хор канонадой звучал,
Оковы давили, сгущался мрак...
А он всё пел да играл:

Зубы решёток вырви у стен!
Клетки ломай, оковы рви!
Пусть стены рухнут, рухнут, рухнут,
Похоронят старый мир!

о вот они поняли, сколько их там,
Почуяли силу: пора!
И с песней двинулись по городам:
К свету — вперёд — ура!
Кумиров в прах, булыжник в кулак —
Ты за нас или нет, гражданин?
Кто одинок — тот наш злейший враг!
А певец был всё так же один.

Он видел ровный марш толпы,
Молча прислушиваясь к шагам.
А стены росли, росли, росли,
Цепи гремели на ногах...

Он видит ровный марш толпы,
Молча прислушиваясь к шагам.
А стены растут, растут, растут,
Цепи грохочут на ногах...

Edited at 2012-04-24 01:02 am (UTC)



кирилл медведев - замечательный, талантливый поэт и переводчик. жаль, что марксист
в его переводе отсутствует очень важная для понимания смысла песни часть,
собственно - финал.

цитирую по переводу базилевского, ссылку на который тут уже приводили:

...
Но вот они поняли, сколько их там,
Почуяли силу: пора!
И с песней двинулись по городам:
К свету — вперёд — ура!
Кумиров в прах, булыжник в кулак —
Ты за нас или нет, гражданин?
Кто одинок — тот наш злейший враг!
А певец был всё так же один.

Он видел ровный марш толпы,
Молча прислушиваясь к шагам.
А стены росли, росли, росли,
Цепи гремели на ногах...


впрочем, такая "цензура" в исполнении марксиста как-то не удивляет.







Edited at 2012-04-23 05:28 pm (UTC)

Да, концовка сильная. У Ляка (и у Медведева, переводившего Ляка) её в таком виде не было. Она появилась у Качмарского. И менно она, собственно превращает хорошую, но все же несколько плоскую песню борьбы и протеста из серии "бей плохих и да победят хорошие", местами созвучную (по тексту) Интернационалу, в драму, в сильное художественное произведение. У Ляка-Медведева драма, впрочем, тоже есть, но она в том, что вот деда уже нет, а кол/стены все стоят. А у Качмарского - уже художник и толпа. Частично, я думаю, это объясняется тем, что в Каталонии сама ситуация была однозначнее: вот диктатор и поработитель, а вот - порабощенные. Убери диктатуру и будет тебе щастье. А в Польше, вечно застревавшей между двумя норовящими её проглотить сверхдержавами и уже не знающей, кто здесь поработитель, кто - порабощенный, а кто - свободитель, и в коцне концов все-равно вечно остававшейся в цепях, все несколько сложнее.

Мне кажется, нынешняя ситуация в России скорее ближе к каталонской, чем к польской (на данном этапе!). Возможно, поэтому Медведев переводил Ляка, а не Качмарского. Ну и да, марксизм предполагает довольно однозначное распределение ролей поработителя и порабощенного, в отличие от других, менее идеологизированных мировоззренческих концепций.

При всем при этом значительная часть мощнейшей энергетики этой песни состоит в мелодии.

Правильная песня в правильном месте. Надо слова запомнить.

Почитай комменты чуть выше твоего. Там о различиях в текстах Ляка (и Медведева) и Качмарского. В общем-то две разные песни на одну мелодию.

Мальчик все-таки [ʎuˈiz ˈʎak], по-моему, это ближе к русскому Юи'з Як.

А если песню послушать, то у автора в идеолекте вообще [ʎ] нету, только [j]...

По-моему, очарование песни для нас, прежде всего - от сцены в автозаке.
Очень сильно именно в этой ситуации. Получился перформанс высочайшего класса.
Мне и слов больше не нужно.
Но, конечно, было бы ужасно ходить с этой песней маршем под знаменами.
А тем более действительно что-то там ломать в смысле зданий или других материальных ценностей.
Для меня она звучит именно как знак несломленности духовной.й.

Edited at 2012-08-31 07:59 pm (UTC)

большое спасибо, за экскурс)) с удовольствием все прочитал и послушал

Спасибо огромное! Утащила в свою фэйсбучную норку.

Сегодня слушал Дзядко-3 и вышел на видео с автозаком.
При всём моём уважении к активистам, вышедшим к #Хамсуду и за это задержанным, не могу разделить такую любовь к этой песне, хотя она действительно действительно красивая. Ведь в начале двадцатого века Россию тоже небезосновательно считали тюрьмой, и с благими намерениями стремились разрушить её прогнившие стены. Все мы знаем, чем это закончилось.
Вывод: руша стены тюрьмы, в которой заточены, не забывайте про её крышу, которая может погрести заживо. Даже мирная антикриминальная революция — это большой риск.

МУРЫ:белорусская версия

Белорусская версия в исполнении Зьміцера Вайцюшкевіча:

  • 1